Ах, душа! Сколько прожито вместе и врозь.

Не всегда даже вспомнишь, не то что поймёшь!

Где, когда и кому я была дорога?

Мне теперь не узнать ни за что, никогда.

 

Жизнь подходит к концу. Что теперь я могу?

Только слово за словом вплетая в строку

Стих родить, как души запоздалый цветок,

И лелеять его, чтобы он не засох.

 

Может быть, он спугнёт и отгонит беду.

Может быть, обогреет в холодном дому.

Может быть, ароматом пленит и тогда

И надеждой, и радостью вспыхнут глаза.

 

Может быть! Только в пыль не кладите у ног,

Даже если помочь он ничем вам не смог.

Тем, кому дорога я, цветок свой дарю.

Лишь для них и живу, и дышу, и пою.

Были молоды мы и, понятно, глупы.

Как меняют рубли на монеты,

Разменяли любовь, разменяли мечты

И, увы, не заметили это.

 

Промелькнули года, боль потерь унося,

Вновь любуюсь красою рассвета.

А была ли любовь? А была ли любовь?

Остаётся вопрос без ответа.

 

Как на смертном одре я откроюсь тебе:

«Было жарким ушедшее лето.

А была ли любовь? А была ли любовь?

Остаётся вопрос без ответа».

 

 

Суров приговор Соломона

О, женщины, сёстры мои!

И вот уж упала корона

С твоей и моей головы.

 

Сказал, как убил, не скрывая

Суть мысли, мол, женщины, мы,

(За что нам немилость такая?)

На горе мужчин рождены.

 

Что женщина смерти подобна,

И даже страшнее её -

Как сеть, для отлова удобна,

И этим известна давно.

 

Силки - её сердце (как бьётся!),

Оковы - две нежных руки.

Лишь верный пред Богом спасётся,

А грешник - в силки за грехи!

 

В оценке суров Соломон,

Знать, опытом он умудрён!

 

Еврей. Скажи, что значит слово это?

Пришелец? Так был назван Авраам.

Ему навеки по обетованью

Был край земли благословенной дан.

 

Пришелец - это ты, и он, и я,

И все, кто на земле живёт сегодня.

Ведь жизнь, увы, порядочная сводня,

Нам здесь приют лишь временный дала.

 

А значит все пришельцы, все евреи,

И нечего рядиться  где и кто.

Нам паруса натягивать на реи,

Как в дни потопа  уж пора давно.

 

И о душе загубленной подумать.

И к Богу обратиться всей душой.

Как поступил разумно в дни былые

Отец семейства, верующий Ной.

 

Ковчег второй, конечно, нам не нужен,

Но, также, как в былые времена,

Живая вера всем живущим людям,

Сегодня обязательно нужна.

 

Пришелец – это он, и ты, и я,

И все, кто на земле живёт сегодня.

Ведь жизнь, увы, порядочная сводня,

Нам здесь приют лишь временный дала.

 

Мне кажется, душа моя

Вплелась в узоры строчек этих.

Как хорошо, что есть на свете

Простые нужные слова.

 

Они сдружились так давно

Душа и строчка - две сестрички

Чесали длинные косички,

Глядясь не в зеркало - в окно.

Да и окно - не просто рама.

Скорей живая панорама,

Коль книга Пушкина в руке.

 

И мысли бродят налегке

За строчкой резво убегая,

И держит сердце власть святая.

 

Ту книгу детская рука

Листала, время торопя,

И теребя её страницы,

Как перья залетевшей птицы,

Жар-птицы с золотым крылом,

Нежданно, осветившей, дом.

Дом, где жила моя семья:

Я, мама, папа и сестра.

 

Там лет двенадцати от роду,

Белоцерковскую природу

Восторженной душой любя,

Я вдруг открыла для себя

Нетленность пушкинской строки.

Всё те же звёзды с высоты

Как и ему, светили мне,

Так много говоря душе!

 

 

Я слышу до сих пор слова,

Как будто было всё вчера:

«Тиха украинская ночь,

Прозрачно небо, звёзды блещут»…

Всё это музыкой прелестной

Навеки стало для меня.

 

Да, за окном был целый мир

И был он сказочно красив.

Душа и строчка - две сестры

По жизни шли, как близнецы.

 

Им было так уютно вместе,

И даже если хворь ни к месту,

Был добрый дом и мама рядом,

И папа с теплым, нежным взглядом.

 

А в сердце песня птицы счастья.

Ей в дом не нужно было красться,

Она всегда царила в нём.

Весь дом был счастьем заряжён.

Всё было: горе и ненастье.

Война, болезни, сотни бед.

Но только ощущенье счастья

В душе оставило свой след.

 

                                О достоинстве.

 

Приверженность теории эволюции в происхождении человека, отвержение Творца - это фатальная неизбежность, тяжкое бремя, уродливое наследие долго умиравшей и, наконец, рухнувшей тоталитарной системы.

Мы верили Ленину, Сталину, коммунистам, системе, рождённой их извращённым воображением. Они, наши вожди и учителя, были в наших глазах идеалом, достойным подражания. С ними были связаны планы на светлое будущее человечества и на совершенствование каждого из нас  как общественно значимой личности.

Всё это оказалось блефом, карточной игрой, где в прикуп сдавались одни шестёрки. Такой прикуп не даёт возможность вести достойную игру, и мы оказались вне игры.

Катастрофа, произошедшая с нами после краха системы, явилась катализатором новых душевных процессов и новых формул. Но всё новое - это лишь реанимация старого. Обескураженные, обездоленные, брошенные на произвол судьбы, люди  вдруг вспомнили, что они дети Творца, созданные по его образу и подобию, наследники его бесценных и вечных богатств и должны быть достойны этого высокого звания. Оказалось - не всё потеряно. Потеряно худшее - тоталитарная система, которая годами обманывала, обкрадывала и, создавая иллюзию достойной жизни, втаптывала нас в зловонную грязь низменных страстей: властолюбия и угодничества, ханжества и примиренчества, жестокости, равнодушия, эгоизма.

Делая свой выбор на обломках рухнувших надежд, каждый из нас решал, каким путём идти дальше, кому доверять, за чью руку держаться?

Жизнь давала нам суровые уроки. Мы разуверились в бескорыстии и порядочности вождей и всё чаще стали прислушиваться к зову своей страждущей, молящей о помощи, душе. И тогда-то мы поняли, что есть единственный выход и единственное спасение в этом гибнущем мире - ЛЮБОВЬ.

Самое точное определение любви дано в Слове Божьем (1Кор. 13. 4-8): «Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине, всё покрывает, всему верит, на всё надеется, всё переносит. Любовь никогда не перестаёт». Когда вдумываешься в эти строки, открываются новые горизонты, появляется возможность прожить нашу земную жизнь достойно, а значит в гармонии друг с другом и со своим Творцом.

Незадолго до своей кончины, яркий человек, талантливый актёр и режиссёр Евгений Матвеев в интервью с журналистами назвал себя счастливым человеком, но, оглядываясь на прожитые годы, сожалел лишь об одном, что поздно взял в руки Священное Писание. Что это: очередная роль великого актёра, итог глубоких размышлений или мольба, обращённая  к Богу  отпустить грехи, совершённые по недомыслию? Я преднамеренно употребляю выражение «по недомыслию», ибо читая Книги, при­ходишь к выводу, что многое понимали мы не так.

Вчитываясь в нестареющие строки, вдруг узнаёшь, что быть гордым - грех. А как быть с «гордостью» за свою страну, свой народ, родителей, школу, друзей? Человек, потерявший гордость, считался, в буквальном смысле, потерянным человеком. И это не было игрою слов. Клеймя гордых, не призывает ли нас Священное Писание к бесхребетности, безволию, обезличке?

Отнюдь. Нужно только чётко разграничить несколько понятий, объединённых в нашем сознании привычным словом «гордость».

Гордость в смысле «гордыня» - однозначно плохо, так как позволяет человеку возвыситься над другими, признать свою исключительность, а значит выделиться, отдалиться, потерять интерес и уважение к окружающим, обрекая себя, неизбежно, на изоляцию, одиночество. Ничто не разрушает так личность, как гордыня.

А как быть с гордостью за свою страну, народ и т. д.? Здесь словом «гордость» мы подменяем понятие «РАДОСТЬ». Разве мы не радуемся, когда наш народ живёт лучше и страна процветает? Разве не переполняет наше сердце радость, когда наши родители живут «душа в душу» и достигают высот в любимом деле? Разве мы не радуемся успехам друзей и своим успехам во благо ближних? Да, мы привыкли говорить: «Я горжусь!» А должны говорить: «Я радуюсь!»

  И тогда наши мысли будут направлены в правильное русло.

И есть, наконец, ещё одно значение у слова «гордость» - ДСТОИНСТВО. Вдумаемся в выражение, которое мы неоднократно повторяли в разные периоды своей жизни по разным поводам, неустанно восклицая, обращаясь к незадачливому собеседнику: « Где твоя гордость?»

Чаще всего, эти слова были обращены к людям, поступающим вопреки принятым нормам поведения. Часто так обращались к девушкам, потерявшим скромность, к людям, не умеющим постоять за себя, или, точнее, к людям беспринципным, бесхарактерным. При более пристальном взгляде на этот вопрос, без труда можно разобраться, что речь идёт о самой необходимой и самом яркой черте человеческой личности – достоинстве. Но достойно может вести себя только человек, знающий свои корни и имеющий достойный пример для подражания, человек, для которого понятие общечеловеческих ценностей не пустые слова, человек, которому есть что наследовать, в том числе и, в первую очередь, - чувство достоинства.

Так будем же радоваться, что мы - наследники великого Творца и будем достойны этого высокого звания.

 

Библейская быль

 

О, Рефидим, ты видел чудо это.

Его ты чудом веры назови.

Здесь Моисей всему поведал свету,

Что верой и единством мы сильны.

 

Когда стоял, вверх руки простирая,

О помощи в сражении моля,

И сил не стало, вот напасть какая,

И жезл сжимать уж не могла рука -

Арон и Ор взошли на холм тогда,

На камень Моисея усадили.

Но силы убегали как вода...

Известна вам концовка этой были?

 

Ведь если руки опустить на миг -

Израиль одолеет Амалик.

 

Застыли. Руки с двух сторон держа

Арон и Ор, в одной молитве слившись,

И  руки Моисея укрепившись,

Держались до победного конца.

 

И я не раз задумаюсь, друзья,

А так ли эта быль для нас стара?

Ведь и сейчас лишь руки опущу -

На милость отдаю себя врагу.

 

Тоска и неуверенность тотчас

Кровь превращает в забродивший квас.

 

 

Из ныне существующих наук

Одна важна - не опускайте рук!

Лишь вера поднимает руки ваши.

Науки нет надёжнее и краше.

 

Здесь, на Израильской земле,

Мне Книг высокий смысл понятней,

Все ситуации занятней

И выводы полезны мне.

 

Приобретая опыт свой,

Я на чужих учусь ошибках.

И каждый раз в решеньях зыбких

Сверяюсь с Книжною строкой.

 

Негаснущим столбом в ночи,

Мне Слово правит путь тернистый,

И жизнь течет полней и чище,

А сердце просит: «Научи!»

 

Тебе, доверившись, Творец,

Советчиков не жду речистых.

Из рук Твоих, святых и чистых,

Приму заслуженный венец.

Нежданным сполохом, как молния,

Порой ворвётся слово в нас,

И мы бездумные, безмолвные

Заметим прелесть милых глаз.

 

Услышим пенье скрипок нежное

И нестерпимый плач вдали .

И что-то важное, безбрежное

Уже маячит впереди.

 

И освещает новым знанием

Вдруг засветившийся маяк.

И понимаешь с опозданием,

Жила не с тем, не там, не так.

 

А сердце, что живое дерево,

Коль молния - так в уголёк.

Как ты, любимый мой, единственный,

Сегодня от меня далёк.